Error processing SSI file

ВОКРУГ СВЕТА ПОД ВОДОЙ

(воспоминания участника похода)

На одной из встреч Ассоциации содействия развитию Уральского региона выпускник физтеха Казанцев Е. И. предложил мне поделиться вос­поминаниями об участии в кругосветном подводном плавании. Я посчитал нужным дополнить воспоминания небольшой справкой по истории ста­новления атомного кораблестроения и физтеховцах - участниках строи­тельства и испытаний первых отечественных атомных подводных лодок. Я, конечно, понимаю, что тема о роли выпускников физтеха на становление атомного флота существенно шире и требует более глубокого и особого изучения, но решил, что не следует предавать забвению даже крупицы того, что составляет славу и гордость нашего факультета.

В 1952 г академики И. В. Курчатов, А. П. Александров и Н. А. Долежжаль обратились в Правительство с докладом о необходимости и практической осуществимости создания атомной подводной лодки. Их поддержал В. А. Малышев - заместитель Председателя Совета Министров. 9 сентября 1952 г вышло решение за подписью И. В. Сталина о работах по созданию атомной подводной лодки, а 4 июля 1958 г атомная подводная лодка впервые дала подводный ход от ядерной энергетической установки.

Создание первой атомной подводной лодки и переход к серийному строительству атомоходов явилось крупным научно - техническим дости­жением. В основе его лежали новейшие достижения науки и техники и са­моотверженный труд ученых, инженеров и рабочих.

В числе первых специалистов - атомщиков на Северном машино­строительном предприятии, заводе - строителе первой атомной подводной лодки, были выпускники физтеха 1957 и 1958 годов: Левадный В, Марков И, Флейшер В, Валеев И, Варламов А, Возяков В, Гнедков Л, Заверняев В, Кобелев А, Пасынков В, Сорокин А. В последующие выпуски на завод прибыли Зеленин В, Лаптенок М. и многие другие.

Именно они возглавили основные узловые участки на заводе, свя­занные с постройкой и испытаниями ядерной энергетической установки. Первым начальником созданной Физической лаборатории был Пасынков в дальнейшем эту лабораторию многие годы возглавляли Валеев Н. и Сорокин А. Первым оператором ядерной энергетической установки на за­воде был Левадный В. Гнедков Л. Возглавил участок по монтажу, наладке и испытаниям систем управления и защиты реактора и всей установки в це­лом. Марков И. был заместителем начальника службы дозиметрии на заво­де.

Все они зарекомендовали себя, как прекрасные специалисты и внесли существенный вклад в становление отечественного атомного флота.

Особый вклад выпускников физтеха в строительство первых атом­ных подводных лодок отмечает Н.М.Лазарев в книге ,,Первые советские атомные подводные лодки" ( мп ,,Палея", 1997 г ). Автор книги был в числе первых специалистов ВМФ по атомной энергетике, он непосредственно ру­ководил контрольно - приемным аппаратом Флота по постройке, испыта­ниям и вводу в эксплуатацию первых атомных подводных лодок. Поэтому высокая оценка, данная нашим выпускникам Н.М.Лазаревым, особенно ценна.

Низкий поклон нашим замечательным учителям Скрипову Владими­ру Павловичу, Скроцкому Георгию Викторовичу, Красовскому Николаю Николаевичу, Зырянову Павлу Степановичу, Распопину Сергею Павловичу и многим другим. Благодаря им мы смогли занять достойное место в от­расли по решению задач атомного кораблестроения.

С 1962 г по настоящее время я работаю в Российском научном центре ,,Курчатовский институт" ( бывший Институт атомной энергии им. И.В.Курчатова ) в отделе по созданию корабельных ядерных энергетиче­ских установок. За это время пройден большой путь, создана совершенно новая отрасль науки и техники - корабельная атомная энергетика, постро­ена ни одна сотня атомных подводных лодок различных классов и назначе­ний, атомные ледоколы, крейсера ,,Адмирал Ушаков", ,,Петр Великий" и др.

Атомный флот стал важным компонентом обеспечения безопасности страны. Но всегда с особой теплотой вспоминаются события тех теперь уже далеких лет. Это были годы интересного напряженного труда. Работали мы самозабвенно, забывая о всем житейском, и я бы сказал не работали, а жи­ли работой. Работали на высоком эмоциональном подъеме. Человек рав­нодушный, без интереса к делу в нашем коллективе не удерживался. Биополе таких автоматически выталкивало. Все мы были молоды, увлечены грандиозной задачей и преисполнены чувством долга.

Атомная энергетика позволила Флоту выйти на океанские просторы:

походы атомных подводных лодок к Северному полюсу, в экваториальные воды, переходы с Северного в Тихоокеанский флот подо льдами Арктики. Задачи, решаемые флотом, постоянно усложнялись и, естественно, встал вопрос о кругосветном плавании.

Совершить этот сложный, неизведанный и интересный поход было поручено сразу двум атомным подводным лодкам ракетной и торпедной. Это были серийные атомоходы, ракетным командовал В.Т. Виноградов, торпедной - Л.Н. Столяров. Командиром перехода был командир соедине­ния атомных подводных лодок контр - адмирал А.И. Сорокин.

Флагманским кораблем был назначен ракетный атомоход. На нем находилось командование похода, корреспондент газеты "Красная звезда" Г.А. Савичев и несколько гражданских специалистов от разработчиков наиболее ответственных узлов ядерной энергетической установки, в том числе автор этих строк, как представитель Научного Руководителя.

До нашего похода кругосветное подводное плавание совершила атомная подводная лодка США Тритон. Но это был поход одной лодки. Экипаж ее всегда мог рассчитывать на помощь флота и авиации многочис­ленных военно-морских баз США по маршруту следования. Кроме того, на протяжении похода "Тритон" сопровождали корабли обеспечения, спо­собные при необходимости оказать лодке помощь.

На нашем маршруте не было таких опорных пунктов. Нам предстоя­ло пройти океаны и моря, по которым уже более ста лет не ходили русские военные моряки. Конечно, нелегко совершить кругосветное плавание на одной лодке, во много раз труднее и сложнее осуществить его отрядом в подводном положении, когда от экипажей требуется большая слажен­ность, согласованность действий.

Это плавание было совершено не ради сенсаций, а для того, чтобы освоить, обжить неизвестный подводный мир, испытать ядерные энергети­ческие установки в различных климатических условиях, обобщить много­численные гидрологические наблюдения по водным течениям, температуре и плотности воды, уточнить данные по рельефу дна и условия плавания среди айсбергов. Но главное - отработать взаимодействие, связь, управление и тактические приемы. Была и политическая причина, хотя в современ­ных условиях она плохо воспринимается: после кругосветного плавания "Тритона" появилась концепция о "безответном ядерном ударе" с подвод­ных лодок.

При подготовке к походу были проведены проверки основных физи­ческих характеристик ядерных реакторов. Результаты проверки показали, что ядерные энергетические установки могут надежно эксплуатироваться во всем диапазоне мощностей до 100%.

1 февраля 19б6г реакторы были выведены на мощность. На базу атомоходов прибыл командующий Северным флотом вице - адмирал С.М. Лобов в сопровождении свиты высших офицеров. Они проверили готов­ность подводных лодок к походу, настроение личного состава и пожелали нам счастливого плавания.

Отошли от пирса в 18 часов 36 минут. Мороз - 36 градусов. Густой туман, видимость почти нулевая. Перед выходом в море цель похода была неизвестна, так как подготовка к нему проводилась без лишней огласки и только после погружения командир отряда по корабельной связи объявил, что нам предстоит совершить важный и ответственный переход: первое в истории групповое подводное кругосветное плавание на атомоходах. Эки­паж воспринял эту информацию со сдержанным восхищением: интересно, но как там и что будет впереди?

Это необыкновенное плавание проходило в самом будничном ритме, включая работу ядерной энергетической установки. Ничего драматическо­го на атомоходах не происходило. Реакторы работали на мощности мень­ше номинальной, поскольку уровень ее обеспечивал необходимую лодке скорость. Радиационная обстановка в отсеках была нормальной, содержа­ние кислорода и углекислого газа - в норме, хотя многие, несмотря на за­прет, покуривали, особенно в реакторном отсеке, который имеет авто­номную систему вентиляции (запрет курения в отсеках обусловлен не возможностями систем жизнеобеспечения, а стремлением ограничить распро­странение вредной привычки особенно в условиях длительного плавания). Во всех климатических условиях (а температура забортной воды изменя­лась от минус 2 до плюс 30 °С) температура воздуха в отсеках поддержи­валась плюс ( 20 - 23 ) °С, при этом в системе кондиционирования обычно работала одна из двух холодильных машин и, как правило, не на полной мощности. Кстати, холод на атомоходах вырабатывается паром от ядер­ных энергоустановок.

Все российские атомоходы оборудованы удобными каютами, систе­мой кондиционирования воздуха. Всегда в наличии были свежий хлеб, мясо и другие продукты, привычные для нас, только более высокого качества. К услугам экипажа - кино. Житейских проблем обычных в то время, где и что достать, для нас не было.

При переходе из одного часового пояса в другой мы не переводили стрелки часов, так как ни восходов, ни заходов солнца не видели и жили по одному - московскому времени. Одновременно с москвичами завтракали, обедали, ужинали, ложились спать, знакомились с последними известиями. С воодушевлением восприняли сообщение о достижении космическим ап­паратом поверхности Венеры, о мягкой посадке на Луну. Завидовали счастливцам, которым разрешали посмотреть на поверхность океана в пе­рископ, а желающих всегда было много.

23 февраля отметили день рождения нашей армии и флота. Был кон­церт, демонстрировался кинофильм. Трогательно прошел женский день 8 Марта. Для всех членов экипажа по корабельной трансляции звучали голо­са жен, детей, родителей, близких - стихи, песни, добрые пожелания...

Были у нас и семейные праздники - дни рождения членов экипажа. На борту атомохода отметил свое сорока пятилетие командир отряда А.И.Сорокин. В честь именинников (не только контр - адмирала) лодка привсплывала. Когда стрелка глубиномера останавливалась на отметке в соответствии с их возрастом, командир поздравлял виновника торжества, вручал бутылку шампанского и торт, испеченный на борту атомохода ко­рабельным коком В.С.Волошаном.

У моряков есть свои, свято соблюдаемые обычаи. Например, шуточ­ная церемония, связанная с первым пересечением экватора. На корабль прибыл царь морской, повелитель океанов Нептун в традиционной одежде со знаками величия - трезубцем и короной. Естественно, с русалкой - "очаровательным" существом с темными усиками над верхней губой. По велению Нептуна тритоны "крестили" тех, кто еще не был на экваторе. "Крестили" - из ранцевых дегазаторов - приборов, напоминающих садовые опрыскиватели. Воды не жалели ( сам испытал, хотя на экваторе бывал ), а потом каждому "крещеному" вручали диплом о пересечении экватора.

Самым сложным участком маршрута был, конечно, пролив Дрейка, соединяющий Тихий и Атлантический океаны, отделяющий остров Огнен­ная Земля от Южных Шетландских островов. Он хотя и широк (около 900 км) и глубиной до 5000 метров, но из - за айсбергов чрезвычайно опасен, тем более для подводных кораблей. Ориентировались в подводном мире с помощью гидроакустических и температурных датчиков. Когда температу­ра забортной воды резко падала (до минус 2 °С ), на корабле насторажи­вались, сбавляли ход. Наступала необычная тишина. Таким образом выра­ботали методику "слепого" уклонения от айсбергов. Во время перехода пролива штормило. Я наблюдал поверхность океана в перископ. Это было страшное зрелище: океан бурлил, кругом громоздились восходящие и па­дающие груды волн, а в воздухе носились водяные вихри. Вздохнули с об­легчением через семь дней, когда прошли границу айсбергов и взяли курс к родным берегам.

Меня в походе приятно поразила работа штурманов. Они всегда бы­ли на высоте. Несколько суток хода в открытом океане, на глубине, а ато­моходы встречались в точно назначенные времена и место. Были и курьезы. Однажды, придя в точку, акустики вместо сигналов аппаратуры наших ко­раблей услышали какой - то шум и писк. Оказалось, что мы попали в рай­он, где собралось множество касаток, и они, по-видимому, заволновались, увидев рядом такого огромного "собрата", как наша подводная лодка. Их голоса были записаны на пленку, и мы потом не раз слушали этот необыч­ный концерт.

Около берегов Камчатки всплыли. Океан был неспокоен, лодку по­качивало, дул порывистый ветер. Иногда он срывал верхушки волн и бро­сал через рубку. Одна из волн сбросила мои очки и похоронила в океане.

26 марта в 6 часов 48 минут атомоход, пройдя около 21 тысячи миль, прибыл на базу. После плавания состоялся товарищеский ужин, на котором нас по морскому обычаю угощали, как победителей, жареным поросенком. Многих наградили, а командиру перехода А.И.Сорокину, командиру ко­раблей В.Т.Виноградову и Л.И. Столярову, главным механикам С.П.Самсонову и И.Ф.Морозову присвоили звание Героя.

Свои задачи в плавании по контролю состояния активных зон реак­торов, темпов выгорания ядерного топлива, изменения теплофизических характеристик энергоустановок в различных климатических условиях я выполнил. ЯЭУ работали безотказно, надежно, обеспечивая кораблям ход, а экипажам - свет, тепло и уют.

На митинге, посвященном завершению похода, мы услышали много теплых слов в адрес ученых и инженеров - создателей российских атомохо­дов и пожеланий дальнейших творческих успехов в освоении мирового океана.

А.М.Чечуров

Error processing SSI file